III Международный конкурс
научно-исследовательских и творческих работ учащихся
«СТАРТ В НАУКЕ»
 
     

ГЛАГОЛЬНЫЕ МЕТАФОРЫ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» И ТРАДИЦИИ ИХ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ В РУССКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЕ.
Малышева Н.А.
Текст научной работы размещён без изображений и формул.
Полная версия научной работы доступна в формате PDF


Глагольные метафоры в «Слове о полку Игореве» и традиции их использования в русской художественной литературе.

Малышева Н.А.

русский язык

11 класс, МБОУ «Школа № 179» Казань, Россия

Научный руководитель: учитель Денисова Юлия Валерьевна, МБОУ «Школа №179» , Казань, Россия

Содержание

Аннотация

3

Введение

4

   
  1. Аналитическая часть

1.1 Метафорический язык "Слова о полку Игореве"

1.2 Понятие метафоризации глаголов и особенности переносного словоупотребления.

5

6

   
  1. Практическая часть

 

2.1 Метафоризация глаголов в древнерусском памятнике

2.2 Употребление синонимичных и антонимичных метафорических глаголов

2.3 Параллельное использование прямого и метафорического значений глаголов

2.4 Метафоризация категории одушевленности – неодушевленности

  1. Заключение

  2. Список использованной литературы

7

9

10

12

13

15

   
   
   
   

Аннотация

В работе анализируется оригинальный язык «Слова о полку Игореве» , а также явление метафоризации. Рассматривается влияние языковых традиций «Слова» на последующее развитие русского литературного языка и в особенности языка художественной литературы XIX – XX вв.

В основной части работы рассматриваются конкретные примеры художественно-изобразительных средств, а точнее метафорические образы, встречающие на страницах «Слова», и их дальнейшее сохранение и развитие в многочисленных переложениях памятника. Была проведана большая исследовательская работа по сравнительному анализу метафорических глаголов оригинального текста «Слова о полку Игореве», написанного на старославянском языке с прозаическим текстом Д.С. Лихачева и текстами поэтов-переводчиков Н. Заболоцкого, В. Жуковского, Е. Бируковой, К. Бальмонта, М. Волошина, Г. Шторма.

Сравнительный анализ показал, насколько бережно каждый из переводчиков относился к живому слову памятника Древней Руси, и что «Слово о полку Игореве» можно по праву считать первоисточником, в котором представлены богатейшие возможности образного переносного словоупотребления. А его метафоры нашли свое логическое воплощение в произведениях великих русских поэтов - от А.С. Пушкина до А. Блока и С. Орлова.

Введение

Сие произведение древности ознаменовано силою выражения, красотами языка живописного и смелыми употреблениями, свойственными стихотворству юных народов. Н. М. Карамзин

«Слово о полку Игореве» - уникальный памятник древнерусского эпоса. Он стоит у истоков русской литературы и русского литературного языка. Влияние языковых традиций «Слова» ощутимо на последующем развитии русского литературного языка и особенно его художественного стиля, который бережно сохраняет имеющиеся в памятнике приемы образного словоупотребления в течение многих веков.

Объектом нашего исследования является текст и язык «Слова о полку Игореве».

Предметом исследования – функционирование глагольных метафор в древнерусском и современном литературном языке, а также возможности образного переносного словоупотребления.

Цель нашей работы – исследовать глагольные метафоры в «Слове о полку Игореве» и традиции их использования в языке русской художественной литературы.

Достижение цели предполагает решение ряда исследовательских задач:

  1. Изучить оригинальный текст «Слова о полку Игореве» и его поэтические и прозаические переложения.

  2. Охарактеризовать понятие метафоризации и особенности переносного словоупотребления.

  3. Рассмотреть прием метафоризации в «Слове» и его значимость в современном русском литературном языке.

  4. Определить характер употребления метафор – синонимов, метафор – антонимов в «Слове о полку Игореве.

  5. Проанализировать конкретные примеры метафорического словоупотребления.

Актуальность нашей работы заключается в исследовании метафорического языка «Слова о полку Игореве», так как невероятно богатый поэтический язык памятника древнерусской литературы оказал и продолжает оказывать влияние на всю последующую русскую литературы и культуру в целом. Мы попыталась проследить, как глагольные метафоры, встречающиеся в «Слове о полку Игореве», находят свое место (словоупотребление) в произведениях поэтов разных эпох. Невероятная, практически магнетическая сила «Слова», и по сей день привлекает к себе большое количество исследователей, которые не только переводили на современный русский язык произведение Древней Руси, но и пытались сохранить и донести до потомков его живое, трепещущее слово.

В своей работе мы использовали сравнительно-исторический метод, а также сопоставительный и объяснительный (внутриязыковой) методы.

I. АНАЛИТИЧЕСКАЯ часть

1.1 Метафорический язык "Слова о полку Игореве"

Жизнестойкость художественно - изобразительных средств «Слова» проявляется в судьбе его метафор, в полной мере воспринятых русской литературой. Она не только усвоила метафорические образы памятника, но и сам принцип создания метафор, сложившийся в древнерусском языке. В процессе нашего знакомства с памятником древнерусской литературы, мы обратили внимание на обилие метафор в языке «Слова», которые, несомненно, делают это произведение уникальным с точки зрения выразительности, а также передают скрытый смысл.

«Слово о полку Игореве» было переведено на русский язык сорок четыре или сорок пять раз – и всякий раз по-другому. В каждом из этих переводов отразились, как писал К. Чуковский, «и личность переводчика со всеми её индивидуальными качествами, и та эпоха, когда был создан перевод, так как каждый переводчик вносил в свою версию именно те элементы, которые составляли основу актуальной в то время эстетики»1.

При более тщательном изучении языка «Слова о полку Игореве», прочитав классический прозаический перевод Д.С. Лихачева, а также переложения Е.Н. Бируковой, В.А. Жуковского, Н. Заболоцкого, К. Бальмонта, М. Волошина, Е. Евтушенко на поэтический язык современности, я заметила, что все метафоры были сохранены переводчиками. Наверное, потому, что каждый при работе над «Словом» видел главную свою задачу в сохранении живого слова памятника. Метафоры, встречающиеся в этом произведении, встречаются и в нашем современном языке. Эта сохранность тем более значима, что, как пишет один из поэтов-переводчиков, «особое внимание было обращено на освобождение перевода от архаизмов и наибольшее приближение к современному русскому литературному языку»2.

Автор «Слова» широко пользуется типичным для древнерусской литературы метафорическим переосмыслением конкретной лексики, приобретающей в переносном употреблении отвлеченное значение, как прием метафоризации, сохраняющим свою значимость и в современном литературном языке.

1.2 Понятие метафоризации и особенности переносного словоупотребления.

Вспомним определение метафоры. Художественный троп, служащий для выявления семантического сходства между различными объектами по типичным их признакам. Она возникает из сравнения, сопоставления нового предмета с уже известным и выделения общих признаков. Чтобы появилась метафора, следует найти точки соприкосновения двух предметов или явлений в чем-то, например, встречаем в "Слове"

  • звон славы

  • слово, как золото - золотое слово

  • поле битвы, как пашня - сеяли битву

Именно поэтому метафору считают скрытым сравнением, в котором отображаются как постоянные, так и временные, преходящие, случайные сходства предметов.

Но в отличие от сравнения метафора выражает устоявшиеся сходства предметов.

Например, в основе метафорической связи значений существительного «мысль» лежит сходство предметов по действию и свойствам:

  1. мыслительный процесс;

  2. результат размышлений, идея;

  3. дума;

  4. убеждения, взгляды и т.д.

На основе внешнего сходства получаются одинаковые наименования мыслию растекатися и летая умом под облакы.

Метафоричными являются связи животное — человек и отсюда возникшие наименования людей в переносном смысле, встречающиеся в "Слове":

орел, соловей, сокол, лебедь, волк, галки, вороны, лиса

Общность признака делают возможным вот такие переносы признака лица на предмет:

  • вещий Боян — вещий напев;

  • бесстрашный Олег — бесстрашное, храброе гнездо;

  • гордый Всеволод — горькая судьба;

  • славный Ярослав — трубили славу;

В широком смысле метафора воплощается во многих тропах, которые и представлены в «Слове» так, что обычные утверждения о богатстве метафор в этом памятнике основаны на подмене понятий (часть принимается за целое: образность как метафоричность, т. е. как метафора).

Особенности поэтического словоупотребления заключаются в правильном понимании слов, их выборе и уместном использовании и в общеизвестном значении и в переносном. Поэтому при переводах "Слова о полку Игореве" поэты вдумчиво оценивали каждое слово с точки зрения его значения, его мотивированности в контексте, а также с позиций эстетической предназначенности.

  1. ПРАКТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ

2.1 Метафоризация глаголов в древнерусском памятнике

Давайте рассмотрим прием метафоризации на конкретных примерах. Возьмем глагол сеяти. Автор «Слова» употребляет его в двух переносных значениях. Первый и, как нам кажется, древнейший вариант, сохраняющий конкретное значение, близок к прямому значению данного глагола: сеять – разбрасывать по земле не только семена, зерна, но и вообще любые мелкие предметы: «Олег стрелы по земли сеяши»3. С особой художественной силой это слово звучит при описании кровавой битвы русских с половцами; «Черна земля под копыты костьми была посеяна а кровью польяна тугою вздыдоша тот посевъ по русской земли»

В этом развернутом метафорическом образе заметна семантическая двуплановость метафоры, определяющая ее особую выразительность. Обращает на себя внимание параллельное употребление с посеяти глаголов полити и взойти, которые сопутствуют этому глаголу в номинативном значении. Создается живое воплощение образа. Исполненный лиризма метафорический образ битвы как посева дважды повторяется в «Слове»: «Немизъ кровавые брези не бологомъ будутъ посеяни, посеяни костьми русскихъ сыновъ»4.

Вполне возможно, что и Александр Сергеевич Пушкин, увлекшийся изучением «Слова», взял оттуда эту метафору и включил ее в свою поэму «Руслан и Людмила» при описании поля битвы: «О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями?»5 Это глагол-образ сеяти прошел через века, и вот ужемы встречаем его в поэзии наших дней. Например, у Сергея Орлова, поэта 20 века:

Под Курском поле русское…

Пахали его танками,

Костьми его посеяли.

Второе значение данного глагола – переносное – «распространять что-либо среди людей», формируется в сочетании с отвлеченными существительными. В «Слове» это существительное усобицы: «Тогда при Олзе Гориславличи сеяшется и растяшеть усобицами»6. Отвлеченная метафора продолжает жить в современном русском языке и сохраняется в переводах. Так читаем у Г. Шторма7 (писателя и историка литературы):

Тогда, при Олеге Гориславиче

Сеялась у нас и росла усобица.

То же и у Е.Н. Бируковой: «сеялись, взрастали усобицы».

Достоянием живой разговорной речи стали выражения типа «сеять панику», «сеять слухи», пословица «Посеешь ветер – пожнешь бурю», имеющие переносное значение.

Иное эмоциональное значение приобретает эта метафора в стихотворении Н.А. Некрасова «Сеятелям»: «Сейте разумное, доброе, вечное…», - строчки, ставшие крылатыми.

Теперь рассмотрим глагол ковати, который метафорически сочетался с отвлеченными существительными, имеющими отрицательную эмоциональную окраску, типа «беда», «зло», «усобицы». Например, «ковать беду», «Не куй на своего друга зла». В «Слове о полку Игореве» этот глагол используется при образной характеристике княжеских усобиц, терзавших русскую землю: «И начаша князе про малое се великое молвити и сами на себя крамолу ковати» 8или : «Тьи бо Олегъ мечемъ крамолу коваше». Эта метафора сохранена во всех переводах памятника, например у Н. Заболоцкого: «Тот Олег мечом ковал крамолу»9 и др.

Воспринятая русским языком метафора приобретает противоположную эмоционально-экспрессивную окраску, которая в древнерусском языке была созвучна с существительным ковы, что означало «козни», и прилагательным коварный. В современном литературном языке встречаются метафорические словосочетания типа «ковать победу», «ковать счастье», употребляемые в роли фразеологизмов.

2.2 Употребление синонимичных и антонимичных метафорических глаголов

Автор «Слова о полку Игореве» мастерки использует стилистические возможности глаголов, а также синонимов, антонимов, которые помогают ему передать контрастное переносное значение. Так, опираясь на выразительные возможности антонимов, автор использует глаголы уснути и убудити (дважды встречающиеся в памятнике), что позволило создать ему метафорический образ пробуждающейся на исходе ночи природы: « Нощь стонущи ему грозою птичь убуди» и «Долго ночь меркнет, заря свет запала,… щекот славий успе, говор галичь убуди»10. Подобное переносное употребление подготавливает к восприятию следующего образа. Он также основан на соотносительном переосмыслении обоих антонимов, но характеризуется большей отвлеченностью от конкретного значения. Автор привлекает антонимы переносного значения для раскрытия зла, которое причинили родной земле Игорь и Всеволод трагическим исходом своего выступления: «Ты ибо два храбрая Святъславлича Игорь и Всеволодъ уже лжу убудиста которою, ту бяше успилъ отецъ ихъ Святъславъ грозный великый Киевскый…»11. Обе метафоры сохранились в переводе Н. Заболоцкого:

Игорь князь и Всеволод отважный –

Святослава храбрые сыны –

Вот ведь кто с дружиною бесстрашной

Разбудил поганых для войны!

А давно ли, мощною рукою

За обиды наши покарав,

Это зло великою грозою

Усыпил отец их, Святослав!

Оба глагола – антонима встречаются в современном русском языке и несут социально-психологическую нагрузку: «усыпить бдительность, подозрение», «пробудить надежду, веру».

Примером употребления в «Слове» синонимичных метафорических глаголов являются глаголы – синонимы течи и разливатися, сочетающиеся с существительными – синонимами тоска и печаль: «А въстона бо, братие, Киевъ тугою, а Черниговъ напастьми. Тоска разлияся по Пуской земли. Печаль жирна тече средь земли рускый»12. Использование в одном контексте синонимичных существительных и относящихся к ним синонимичных глаголов – метафор придает особую выразительность изображаемой автором картине всеобщей скорби, вызванной известием о поражении князя Игоря.

В переводных текстах «Слова» мы встречаем бережно сохраненные и переосмысленные метафорические синонимы и антонимы, задача которых максимально приблизиться к древнерусскому стилю.

Разливается скорбь,

И обильна печаль

По земле растекается русской13.

…разбудили неправду лютую,

Что усыпили грозою великою

Их отец, Святослав грозный Киевский14.

Звезда печальная, вечерняя звезда! (…)

Люблю твой слабый свет в небесной вышине:

Он думы разбудил, уснувшие во мне15.

2.3 Параллельное использование прямого и метафорического значений

В «Слове о полку Игореве» отчетливо отражены сложившиеся в древнерусском языке глаголы – синонимы течи и бежати. В древнерусском языке они имеют четкое значение. «Течи» - «быстро, стремительно двигаться» не только применительно к воде, но и к людям и живым существам. Глагол «бежати» использован в значении «спасаться бегством, убегать от опасности». В «Слове» эти глаголы сближены и имеют значение стремительного, быстрого движения: «Гзакъ бежитъ серымъ волкомъ»; «Половцы неготовыми дорогами побегоша к Дону Великому»; «Игорь князь потече к лугу Донца»16.

Данные метафорические глаголы, отраженные в памятнике, продолжили свое существование в последующих литературных источниках разных времен и приобрели скорее переносное значение, чем прямое. У Пушкина встречаем: «Светил небесных дивный хор течет так тихо, так согласно»17. А у А. Блока в стихотворении «Вхожу я в темные храмы»: «Высоко бегут по карнизам/ Улыбки, сказки и сны»18. Использование поэтами этих глаголов помогает ярче выделить образ и наделить его движением и жизнью.

Метафорические глаголы бежати и течи мы также встречаем в разговорной речи до сих пор. В сочетании с отвлеченными существительными, обозначающими те или иные отрезки времени – течет время, жизнь; текут или бегут часы, годы, дни и т.п.

Переносное значение приобретает в языке «Слова» и однокоренной с течи глагол растекатися. Этот глагол используется автором памятника в составе словосочетания, которое позже стало широко известным фразеологизмом: «…растекался мыслию по древу»19. В «Слове» это словосочетание рисует силу поэтического дара Бояна: «Боянъ бо вещий, аще кому хотяше пъснъ творити, то растъкашется мыслию по древу, серымъ вълкомъ по земли, шизымъ орломъ подъ облакы»20.

В современном русском языке данный фразеологизм продолжает жить, но имеет ироническое звучание, характеризуя пустословие.

С глаголом растекатися в «Слове о полку Игореве» соотносится переносное употребление глагола летати, который также используется при характеристике поэтического дара Бояна. Он творил свои вдохновенные песни, «летая умомъ подъ облакы». Этот образ парящего на крыльях воображения, уносящейся ввысь фантазии, мечты стал традиционным в языке русской классической поэзии:

Лечу к безвестному отважною мечтою…

Горя завистливым желанием,

Я к вам лечу воспоминаньем,

Воображаю, вижу вас21.

В живой разговорной речи продолжает широко использоваться употребляемый автором «Слова» метафорический глагол закалити , тесно связанный с исконным значением конкретного физического действия – «придать большую твердость, прочность, нагревая в огне». В переносном значении – «сделать выносливым, способным к преодолению трудностей, испытаний». Автор «Слова» использует его, когда характеризует стойкость и мужество русских князей Игоря и Всеволода: «Ваю храбрая сердца в жестоцемъ харалузе скована, а въ буесте закалена»22

Живет в литературном языке и определившееся в «Слове» метафорическое значение глагола никнути. Глагол используется автором и в прямом значении «склоняться»: «Ничить трава», и в сложившемся на его основе переносном значении – «становиться слабее по степени, силе проявления»: «веселие нониче». В обоих случаях глагол используется при описании картины скорби русской природы и русских людей, оплакивающих поражение Игоря.

Почти все метафоры подобного рода даются, как правило, на фоне прямых значений соответствующих глаголов, то есть в одном тексте мы встречаем и прямое значение и его метафорический аналог. Например, «летитъ соколъ» и «летая умомъ подъ облакы»; «реки мутно текутъ» и «грозы твоя по землямъ текутъ» (возвеличивает Святослав Киевский военное могущество галицкого князя). «Изъяславлъ позвони острыми мечи о шеломы литовские» и красныя девы «поютъ время Бусово, звоня русским златомъ», и воины Ярослава «кликомъ полкы побеждаютъ, звонячи в прадеднюю славу» .

Подобное параллельное использование прямого и метафорического значений встречается в художественном стиле современного литературного языка. Это осознанный стилистический прием, помогающий вернуть устаревшей метафоре образность.

2.4 Метафоризация категории одушевленности – неодушевленности.

В памятнике представлен ряд метафор, относящихся к категории одушевленности-неодушевленности. Большая часть этих олицетворений образована переносом действий, процессов, связанных с миром человека, на мир неживой природы. Их использование отражает мировосприятие людей древности, одушевляющих окружающую природу. Выйдя из «Слова», все эти глаголы продолжаю свою жизнь в языке художественной литературы и публицистике. Таково, например, метафорическое использование глагола стонати, сохраненное в литературном языке. В «Слове» звучит: «Ночь стонущи ему грозою птичь убуди», «О, стонати русской земли», а в современном языке у А. Кольцова в стихотворении:

Доколе ворону летать,

Доколе родине стонать?23

Наблюдаем подобный параллелизм в употреблении глагола уныти. С вестью о поражении Игоря «уныша бо градомъ забралы», «уныша цветы жалобою»24. Метафорическое осмысление глагола сохранилось в переводе Е. Бируковой: «Приуныли цветы. / Дерева до земли приклонись»25. И то же в «Бахчисарайском фонтане» А.С. Пушкина: «Исчезли мирные забавы,/ Унылы селы и дубравы…»26.

Возможно, для древнерусского автора подобное перенесение значений с мира человека на мир природы не было метафорическим. Ведь в древней Руси люди воспринимали природу как некую живую силу, которая влияет на их жизнь.

В «Слове о полку Игореве» в плаче Ярославны глагол развеять употреблен с существительным веселие и имеет положительную окраску: «Чему, господине, мое веселие по ковылю развеял?» В современном русском языке глагол «развеять» употребляется только с существительными, имеющими отрицательную окраску: «горе», «тоска», «печаль». У Н.А. Некрасова в стихотворении «Тишина» мы встречаем:

Как ни тепло чужое море,

Как ни красна чужая даль,

Не ей размыкать наше горе

Развеять русскую печаль.27

Язык бережно хранит сложившиеся в глубокой древности яркие и выразительные образы-метафоры. Даже когда переносное значение глагола не сохраняется в языке, оно не исчезает бесследно, а перенимается глаголом-синонимом. Такова, например, судьба встречающейся в «Слове» метафоры «звенит слава». В современном русском языке глагол «звенит» перешел в глагол «гремит» в сочетании с существительным «слава». Устаревший глагол «встати» в предложении «встала обида» в новой стилистике перешел в глагол-синоним «подняться»: «поднялась обида».

Вот и получается, что многие устаревшие глаголы, казалось, утратили свое значение. На самом деле их метафорическое значение принимает на себя однокорневой глагол, образованный приставочным способом (или префиксацией). Так, ушел из языка глагол «изранити», а его место в современном варианте заняли глаголы «обронить» и «уронить». В «Слове о полку Игореве» глагол изранити сочетался с существительным слово: «Святославъ изрони злато слово со слезами смешено»28. Изменилась и стилистическая окраска метафорического сочетания: в русском языке словосочетание «обронить слово» характеризует небрежное отношение – сказать что-то мимоходом, случайно, небрежно. И здесь уже неуместным является эпитет «золотое». Поэтому важно было для переводчиков «Слова» сохранить первоначальное авторское «изронити», отмечая тем самым важность произнесенных Святославом слов.

  1. Заключение

Проделанная нами работа наглядно продемонстрировала, что при многочисленных переводах «Слова о полку Игореве» исследователи старались соблюсти не только требования, обеспечивающие переводу максимальную точность, но и, самое главное, - поэтическое своеобразие подлинника, его прелесть. У кого-то воспроизведение метафор получилось более точным, а кто-то сделал акцент на лирическую составляющую. Но в любом случае это было сделано с большим тактом и вкусом. И мы можем наблюдать, как сказал К. Чуковский, «все преимущества нового метода – сочетание научного знания с поэтическим чувством»29.

Безусловно, не все поэты последующих веков, когда писали свои стихи, обращались к «Слову». Они создавали свои метафорические образы самостоятельно. Но истоки этих метафор, несомненно, восходят к эпосу Киевской Руси и являются живым свидетельством мастерства неизвестного древнерусского автора, с изумительной художественной силой раскрывшего нам богатейшие возможности образного переносного словоупотребления. И приятно осознавать, что не утрачена связь времен ни в культуре, ни в языке.

Вообще, мы думаем, что при всей изученности язык «Слова о полку Игореве» содержит огромное количество «темных мест», т.е. неизведанного, и что интерес к изучению и самого памятника и его языка будет только возрастать.

Список использованной литературы

1. Слово о полку Игореве //сер. Б-ка поэта (Малая серия); изд.2-е. Под ред. Д.С.Лихачева, - Л.: Советский писатель, 1949.

2. К.И. Чуковский «Высокое искусство. Принципы художественного перевода». – М.: Советский писатель, 1968

3. Слово о полку Игореве: Поэтические переводы и переложения. – М.:Просвещение, 1973

4. Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965

5. Пушкин А.С. Драматургия. Проза. – М.: Правда, 1981

6. http://slovoopolku.ru/translate_shtorma Г. Шторм Перевод Слова о полку Игореве

7. Слово о полку Игореве. Перевод Н. Заболоцкого. – М. Детская литература, 1972

8. Бирукова Е.Н.. Слово о полку Игореве. – М.: ГИХЛ, 1973

9. Пушкин А.С. «Редеет облаков летучая гряда». Собрание сочинений: - М.: Мир книги, 2008

10. Пушкин А.С. роман «Евгений Онегин» - М.: Худ.литература, 1969

11. Блок А. Избранное. – М.: «Олимп», 2001

12. Лихачев Д.С. «Повесть о походе Игоревом…». – М: Детлит, 1972

13. Пушкин А.С. «К Жуковскому». Собрание сочинений: - М.: Мир книги, 2008

14. Кольцов А. Избранное. – М.: Детлит, 1988

15. Пушкин А.С. Южные поэмы. – М. Просвещение, 1989

16. Некрасов Н.А. Стихотворения и поэмы. – М.: Эксмо, 2008

1 К.И. Чуковский «Высокое искусство. Принципы художественного перевода». – М.: Советский писатель, 1968, с.279

2 Слово о полку Игореве: Поэтические переводы и переложения. – М.:Просвещение, 1973, с.357

3 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.47

4 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.56

5 Пушкин А.С. Драматургия. Проза. – М.: Правда, 1981, стр.174

6 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.48

7 http://slovoopolku.ru/translate_shtorma, с.3

8 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.51

9 Слово о полку Игореве. Перевод Н. Заболоцкого. – М. Детская литература, 1972, стр.134

10 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.45

11 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.49

12 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.49

13 http://slovoopolku.ru/translate_shtorma, с.7

14 Бирукова Е.Н.. Слово о полку Игореве. – М.: ГИХЛ, 1973, с.25

15 Пушкин А.С. «Редеет облаков летучая гряда». Собрание сочинений: - М.: Мир книги, 2008, с.125

16 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965

17 Пушкин А.С. роман «Евгений Онегин» - М.: Худ.литература, 1969, с.127

18 Блок А. Избранное. – М.: «Олимп», 2001, с. 40

19 Лихачев Д.С. «Повесть о походе Игоревом…». – М: Детлит, 1972

20 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.41

21 Пушкин А.С. «К Жуковскому». Собрание сочинений: - М.: Мир книги, 2008, с.224

22 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965

23 Кольцов А. Избранное. – М.: Детлит, 1988, с.85

24 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.51

25 Бирукова Е.Н.. Слово о полку Игореве. – М.: ГИХЛ, 1973, с.34

26 Пушкин А.С. Южные поэмы. – М. Просвещение, 1989, с.22

27 Некрасов Н.А. Стихотворения и поэмы. – М.: Эксмо, 2008, с.73

28 Слово о полку Игореве. – М.: Просвещение, 1965, с.51

29 К.И. Чуковский «Высокое искусство. Принципы художественного перевода». – М.: Советский писатель, 1968

15