III Международный конкурс
научно-исследовательских и творческих работ учащихся
«СТАРТ В НАУКЕ»
 
     

ПРОБЛЕМЫ ДОСУГА ГОРОДСКИХ ЖИТЕЛЕЙ СОВЕТСКОЙ РОССИИ В 20-Е ГГ. ХХ СТ.
Дудко Н.А.
Автор работы награжден дипломом победителя второй степени
Диплом школьника      Диплом руководителя
Текст научной работы размещён без изображений и формул.
Полная версия научной работы доступна в формате PDF


Досуг и отдых, как и каждое явление нашей общественной или индивидуальной жизни, социально определены в своем развитии и тесно связаны с конкретно историческими условиями. Характер использования внерабочего времени, которое является важным показателем быта, зависит от культурного уровня людей, их запросов и привычек. Со свободным от производства временем связаны развитие знаний, искусства, усовершенствование человека и общественного прогресса вообще. В дореволюционный период для рабочих был закрыт доступ к знаниям и достижениям культуры, что препятствовало культурному росту масс. С приходом к власти большевиков образование и культура стали достижением широких народных масс.

Коммунистическая партия пыталась привить людям советский образ жизни в результате насыщения духовного мира человека новыми ценностями, советской культурой. Большевики хотели, чтобы с увеличением объема досуга расширялась сфера общественных интересов человека, чтобы свободное время использовалось для укрепления связей человека с обществом, повышения политической и профессиональной культуры.

Проблема политизации общественной, научной и в целом культурной жизни, которая берет свое начало в 20-х гг. ХХ ст., не потеряла актуальность и в наше время, потому что причину трудностей обновления и становления современного российского общества многие исследователи видят именно в снижении уровня культуры людей в результате длительного применения административно-командных методов руководства духовной сферой.

Анализируя современное состояние разработки данной проблемы, нельзя не обратиться к опыту советской науки 20 – 30 - х годов, когда было издано значительное количество работ, в которых рассматривались такие вопросы быта городского населения, как его досуг, учеба, культура, мораль и т.д. Первые исследования бюджета времени разных категорий рабочего населения страны прежде всего связаны с именем С.Г. Струмилина [7; 9]. Позже проблемы нового быта и досуга рабочих были рассмотрены в работе Е.О. Кабо и некоторых других исследователей [3; 5]. Изучению культурно-бытовых изменений в жизни городского населения уделяла внимание советская историография 60 – 70 - х годов, в частности, такие исследователи, как Л.А. Гордон, В. Патрушев и т.д. [1; 6]. В течение последних лет ученые неоднократно обращались к изучению проблемы культуры и быта жителей советского города в 20 – 30 - е годы ХХ ст. Среди них следует отметить Н. Лебину [4], А. Евстратова [2] и т.д., однако все эти исследователи не уделили достаточного внимания исследованию свободного времени горожан и структуры их досуга в 20-е гг. ХХ ст., что и стало предметом нашего исследования.

Для того, чтобы понять, насколько отобразился общий культурный рост страны в 20-х годах ХХ ст. на культурном уровне и культурных потребностях городских жителей, в данной работе мы ставим себе целью исследование именно степени распространенности новой культуры среди горожан, а также освещение их способностей, привычек и умения пользоваться ее благами при организации досуга.

Для того, чтобы проследить полную картину распространенности и развития культурных и других форм проведения свободного времени горожанами России в 20-е гг. ХХ ст., мы поставили перед собой следующие задачи:

  1. Исследовать бюджет времени и отличия в способах проведения досуга разными категориями городского населения, дифференцируя его по критериям пола, возраста, социально-профессиональному и социальному признакам.

  2. Рассмотреть изменение совокупности досугово-информационных видов культуры в повседневной жизни горожан как один из ведущих моментов развития всей повседневно-бытовой культурной жизни в 20-е годы.

РАЗДЕЛ 1. Бюджет времени и способы проведения горожанами свободного времени

Если отбросить от свободных 8 часов, которые имел в своем распоряжении взрослый рабочий, время, которое он тратил на еду, общественную деятельность и самообслуживание, то у него в начале 20-х годов оставалось около 2 часов 40 минут в день свободного времени, которое он посвящал самообразованию, развлечениям и бездеятельному отдыху [7, С.25]. У работающих женщин оставалось этого времени гораздо меньше – около 1 часа 55 минут в день. В течение исследуемого периода изменялась величина свободного времени рабочих. В 1926 г. у работающего мужчины было уже около 4 часов свободного времени в день, а у женщины-работницы – около 2 часов 15 минут [3, С. 202].

Причиной увеличения свободного времени для отдыха рабочих было сокращение расходов времени на труд в своем домашнем хозяйстве благодаря его постепенной социальной организации (появлению общественных столовых, яслей, детских садов и т.д.) и строительству общественных сооружений (водопроводов, канализации, электрического освещения и т.д.). Какой бы маленькой ни была сама по себе эта величина свободного времени, она все же была значительным шагом вперед в сравнении с дореволюционным периодом.

Расширение культурной жизни в исследуемый период происходило за счет того, что в сфере быта наибольшая ее часть состояла из занятий, которые обеспечивали одновременно осуществление и развивающих, и рекреационных функций жизнедеятельности. Изменение совокупности таких досугово-информационных видов культуры представляло собой один из ведущих моментов развития всей повседневно-бытовой культурной жизни в 20-е годы.

Главная сущность его заключалась в превращении досуговых форм культуры из эпизодического, частичного явления в постоянный, неизменный элемент бытовой деятельности. Большинство досуговых и информационных видов культурных занятий, в особенности чтение, кино, театр, уже на первых этапах социалистического строительства перестали быть элитарной формой времяпровождения и крепко вошли в быт значительных групп населения. Тем не менее распространенность этих занятий в 20-е годы не имела еще всеобщего характера [9, С. 116 - 117]. Радио стало привычным средством массовой информации в советском городе только в 30-е годы. Чтение в 20-е годы еще не было распространено в рабочей среде, так как не было еще распространено среднее образование. Сравнительно значительный расход времени у рабочих на чтение, который показывали данные исследований, был связан с малограмотностью части читателей, которая заметно продлевала процесс чтения. Чтение книг, которое требовало определенных усилий и относительно более высокой культуры, получило меньшее распространение.

Исследование бюджета времени городских рабочих России в 20-е годы ХХ ст. дает возможность сделать выводы о способах использования ими своего свободного времени, с учетом их распространенности и регулярности. Таким образом, самыми популярными формами использования свободного времени было регулярное чтение газет (46,6 % рабочих обоего пола), книг и журналов (39,8 %), прогулки (36,2 %), занятия в рабочих клубах и школах (14,2 %), чем рабочие занимались в среднем от 15 до 25 раз в месяц. К числу массовых занятий относились также посещение знакомых (74,7 %) и прием гостей (66,1 %), посещения лекций и докладов (24,6 %), чем занимались в среднем по 5 раз в месяц, походы в кино (24,3 %) и театр (22,1 %), на что рабочие отводили приблизительно по 2 дня в месяц [9, С. 117]. Зрелища, возможно, занимали бы еще большее место в структуре досуга рабочих, если бы по своему содержанию и ценам были более согласованы со сферой интересов и бюджетом пролетариата. Не все могли позволить себе регулярное посещение театра и кино: у одних – особенно у женщин – не было на это времени, а у многих не было на это свободных денег. Не всем нравился репертуар кино и театра, и у многих не было привычки после долгого трудового дня искать полезный отдых и полезные развлечения. У работающих мужчин заметную величину времени составляли занятия спортом. По данным С. Струмилина, в 1922 – 1924 гг. время занятий физической культурой и спортом составляло у работающих мужчин 1,5 – 2,9 часа в месяц, или 20 – 40 минут в неделю. Часть рабочих, которые указали занятия физической культурой, составляла 6 – 8 % из всех обследованных [8, С. 283, 286]. У работающих женщин место спорта занимали танцы. У домохозяек не замечалось страсти ни к одному, ни к другому. Согласно исследованию, описанному В. Михеевым, которое было проведено в 1929 г., расходы времени на физическую культуру и спорт достигали 6,9 часа у мужчин и 0,9 часа у женщин в среднем в месяц. Это составляло соответственно 3,8 и 1,3 % величины свободного времени. Расходы времени на физическую культуру в течение месяца имели 1/3 работающих мужчин и 6 9 % женщин. Таким образом, по сравнению с данными за 1922 1924 гг., данные В. Михеева свидетельствовали об увеличении абсолютной величины времени занятий физической культурой и спортом у трудящихся в конце 20-х годов и его части в структуре свободного времени [5, С. 60, 80]. Картина соотношения в быту конкретных видов досуга и отдыха среди рабочего населения будет полнее, если учесть тот факт, что в исследуемый период еще весьма распространенными и популярными были малоэффективные и «вредные», с точки зрения развития способностей человека, занятия. Например, в 1923 – 1924 гг. еще регулярно играли в карты около 12 % рабочих, а бездеятельный отдых был характерен для 69,1 % членов обследованных семей [9, С. 117]. Что же касается чайных, пивных и трактиров, которые тоже были призваны удовлетворять потребность рабочих в общении между собой, то, если в начале исследуемого периода они занимали еще достаточно скромное место в ряду других способов проведения рабочего досуга, в конце же 20-х годов они создали уже очень много искушений для своих посетителей, в убыток другим, более культурным развлечениям. Вообще потребление спиртных напитков занимало немалое место в структуре досуга рабочих. Алкоголь был полноправным представителем рабочего быта в 20-е годы, который разрушал не только свободное, а иногда и рабочее время части рабочих.

Наряду с выводами о распространенности, популярности тех или иных форм использования свободного времени можно сделать ряд интересных выводов об отличиях в этой сфере жизни у разных групп городского населения. Анализ, в частности, показывает, что наименьшей дифференциацией характеризовался критерий пола. Исследование структуры и объема расходов свободного времени относительно конкретных занятий свидетельствует, что по характеру духовных запросов (идейных, политических, эстетических), по формам и уровню их удовлетворения работающие женщины в целом пытались не отставать от мужчин [3, С. 208; 7, С. 26; 9, С. 40, 116]. Внутри городской среды прослеживалась явная взаимосвязь между квалификацией, грамотностью и интересом к общественно-политическим вопросам. Повышение уровня культуры работника было показателем соответствующего повышения его трудовой квалификации. Чем выше была квалификация группы, тем больший процент работников тратили свое свободное время на самообразование. Например, по данным исследования в 1922 г., всего лишь 53 % неквалифицированных рабочих имели расходы времени на самообразование, среди полуквалифицированных рабочих этот процент повышался до 70,4, однако среди квалифицированных рабочих уже 79 % свое свободное время посвящали работе над собой [7, С. 29]. И, наоборот, чем больше время тратила данная группа рабочих на чтение книг и газет, посещение лекций, докладов, выставок, музеев и т.д., тем выше она поднималась по лестнице своей профессиональной квалификации. В то время как неквалифицированные рабочие в 1922 г. тратили в месяц всего около 10 часов на свое самообразование (а в 1923 г. уже около 33 часов), полуквалифицированные посвящали культурным занятиям уже 20 часов (около 34 часов в 1923 г.), а квалифицированные – в 3 раза больше – около 30 часов в месяц (более 55 часов в 1923 г.) [7, С. 29; 9, С. 48].

В отношении чтения уровень квалификации и организованности определял три основных явления: чем выше была квалификация работников, тем больше читали они газет и книг, тем больший процент составляли книги научного и общественно-политического содержания, и тем больший процент лиц обращались к услугам библиотек, то есть читали систематически, а не случайно [3, С. 198; 9, С. 75 - 76]. Развлечения всякого рода были доступнее квалифицированному персоналу, который имел большую зарплату. Несколько большей дифференциацией характеризовались группы населения по социально-профессиональному признаку. Ведь понятно, что в результате отличий в характере и содержании жизнедеятельности, уклад повседневной жизни работающего населения отличался от уклада жизни домохозяек, пенсионеров или студентов [3, С. 208; 9, С. 40, 116 - 117]. Поэтому сосредоточим основное внимание на формах использования свободного времени рабочими и служащими, что отображает собственно социальную дифференциацию.

Наконец, наибольшая дифференциация в сфере досуга и отдыха была характерна для групп городского населения по критерию возраста. Если сосредоточить внимание на молодежном досуге, то заметно не только его более активное содержание в сравнении со старшими возрастными группами, но и более широкая распространенность эффективных, «полезных» с точки зрения социального развития лица видов деятельности. Удельный вес их распространенности в жизни молодых людей был выше средних показателей для городского населения в целом. В то же время малоэффективные формы использования свободного времени (игра в карты, бездеятельный отдых, посещение пивных, кафе и т.д.) относились также к числу нераспространенных занятий в молодежной среде. Интересным результатом сопоставления по возрасту является то, что в среде городской молодежи шире бытовали не только традиционно молодежные формы досуга и отдыха (учеба и самообразование, посещение кино, эстрадных концертов и танцевальных вечеров, занятия спортом, художественной самодеятельностью и т.д.), но и такие «взрослые», зрелые по своему социальному содержанию занятия, как чтение газет, книг, журналов, политическое образование, посещение театров, симфонических и литературных концертов, выставок, музеев и т.д. [9, С. 45 - 47]. Все это вместе взятое свидетельствовало как о сравнительно более широком использовании молодежью имеющихся возможностей в сфере досуга, так и о динамизме и разносторонности их духовных и культурных потребностей.

Что же касается свободного времени служащих, то у них за счет шестичасового рабочего дня обязательный труд занимал меньше времени, чем у рабочих, но все свободное время, которое выигрывали служащие на производственном труде, они посвящали своему самообразованию, которое повышало их профессиональный и культурный уровень. Если для рабочих физического труда чтение книг и газет, которое приобщало их к идеям новой общественности, с производственной точки зрения было лишь крайне желательным, то для работников умственного труда оно было прямо необходимым. Не обогащая своего умственного багажа новыми знаниями, которые отвечали требованиям современности, они в плане своей профессиональной пригодности могли отстать от требований времени и не справиться со своим новым назначением. Конечно, служащие самообразованию посвящали намного больше время, чем рабочие. Мужчина-служащий, по данным исследования в 1923 г., ежедневно тратил на самообразование более двух часов, в то время как у рабочих на это уходило в среднем около одного часа в день [9, С. 54 - 55]. Остаток свободного времени, который составлял всего около 1 часа 17 минут в день (не учитывая время на потребление пищи), мужчина-служащий посвящал развлечениям (около 40 минут) и бездеятельному покою (около 35 минут в день). У заводского рабочего на развлечения и бездеятельный отдых оставалось больше времени, чем у служащего, а именно около 1 часа 40 минут в день [9, С. 56 - 57].

Однако и того времени, которое служащие могли посвятить своему самообразованию и культурному росту, им не хватало для того, чтобы быть теоретически и практически хорошо подготовленными к новым условиям труда и быта. Данные проведенного в 1925 г. анкетирования среди активных партработников свидетельствовали о том, что многие партработники не имели возможности дальнейшего роста в сфере теоретического развития в результате перегрузки своей текущей работой. «Для научной работы, для работы по самообразованию времени не хватает» – жаловался один. «Кроме газет наших и белых я почти ничего не могу читать, потому что даже в дни отдыха те полдня, когда я иногда свободен, заполнены телефонными звонками на квартиру», – добавлял второй. «Лично моя нагрузка безусловно не дает возможности в литературной области и теоретически регулярно расти и делать то, что я бы мог» – констатировал четвертый. «Заниматься саморазвитием не приходится, – почти стереотипно повторяли все партработники, – все это можно делать только на ходу, без какой-либо системы, так как обстоятельства вынуждают «знать все», – в итоге не знаешь ничего». Конечно, все это объяснялось не только объемом нагрузки, но и тем, что «рабочее время разорвано на куски и тратится бессистемно» [9, С. 59]. Это не способствовало и личному удовлетворению работников. «С точки зрения удовлетворения своих личных потребностей культурного плана, – говорил в анкете один респондент, – такая перегрузка, конечно, совсем лишает возможности даже подумать о необходимости «проветрить мозг» чем-то тем, что не касается возложенных на тебя обязанностей. В итоге: увеличение односторонности в развитии, отсутствие новых знаний, часто даже забываешь то, что знал» [9, С. 59]. Если же сравнить бюджет времени разных категорий служащих в связи с их возрастом, то можно сделать вывод о том, что лица старшего возраста были сильнее других загружены и производственным, и домашним трудом. Однако в сфере общественной деятельности и всяческого рода самообразования они значительно уступали молодежи. Очень заметно влияние возраста сказалось также и в сфере развлечений. Молодежь посвящала им намного больше времени, чем представители старшего возраста. Рассматривая же расходы времени служащих в связи с их квалификацией, то на чтение и другие занятия по самовоспитанию больше всего времени тратили наиболее квалифицированные работники, а на профессиональную и разнообразную другую общественную деятельность, напротив, – младший конторско-канцелярский персонал. Развлечения всякого рода были доступнее квалифицированному персоналу, который имел большую зарплату.

Таким образом, в послереволюционный период произошло выравнивание культурных ценностей в быту рабочих и служащих, пролетарская революция, очевидно, перевернула и изменила все привычные мерки, вкусы и представления. Дифференциация рабочей среды в сфере досуга и отдыха в 20-е годы проявлялась более глубоко, чем в каких-то других областях. В то время как в быту одних рабочих театр и музыка стали повседневным явлением, другие рабочие удовлетворяли свои эстетические потребности более примитивными и дешевыми способами. Редко, но все же случалось во многих семьях участие отдельных членов в образовательных экскурсиях в разнообразные музеи и на выставки – в большинстве случаев абсолютно бесплатно. Но и здесь происходило столкновение с учебой. Почти все обследованные рабочие с удовольствием шли на любую экскурсию, где можно было почему-либо научиться. Значительная часть времени и сил тратилась также на чтение газет и книг, посещение докладов, клубов, лекций и кружков. Невзирая на дифференциацию рабочей среды относительно своих интересов, вкусов и потребностей, все рабочие в целом в той или другой форме и мере испытали на себе влияние новой пролетарской культуры.

РАЗДЕЛ 2. Соотношение досугового общения и досуговых культурных занятий в повседневной жизни горожан

Существенной тенденцией развития бытовой жизнедеятельности городских жителей было сравнительно медленное изменение средней распространенности и длительности повседневных культурных занятий в городском быту в 20-е годы. Но в действительности отсутствие быстрого роста средних расходов времени на культурные потребности вовсе не означало отсутствия или «замедления» реальных сдвигов в данной сфере быта. Эти факты говорили лишь о закономерных особенностях культурного прогресса на начальных этапах социалистического строительства, о преимуществе экстенсивных форм в этом процессе [1, С. 49; 3, С. 202; 7, С. 11]. Культурная революция в 20-е годы еще только начинала приносить свои плоды. Повышение уровня образованности в это время проявлялось в основном в окончательной ликвидации неграмотности и массовом распространении начального школьного образования. Однако увеличение средних расходов времени на занятия, связанные с культурой, зависело от распространения полного среднего и более высокого образования. Повышение образования влияло на повседневную культурную жизнь путем изменения потребностей и привычек, соответственно это влияние чувствовалось лишь спустя некоторое время, потому что оно всегда имело «запоздалый» характер относительно роста уровня образования. Кроме того, сокращение домашнего труда в городских семьях в течение 20-х годов было особенно тесно связано с привлечением женщин к общественному производству. Что касается собственно свободного времени (особенно у семейных женщин), то оно в тот период увеличивалось не очень значительно [1, С. 49]. Как известно, один из основных социальных сдвигов того времени заключался в стремительном увеличении численности рабочего класса и городского населения вообще. Такой бурный рост происходил за счет переселения в города сельских жителей и превращения многих сел в города и поселки. В конечном счете постоянный прилив в города выходцев из села приводил к поддержанию своеобразного равновесия: с ростом городов масса людей, которые усвоили основную систему городских культурно-бытовых привычек и запросов, непрерывно увеличивалась, и в то же время «средняя высота», средняя развитость подобных привычек и запросов у городского населения, взятого в целом, сохранялась приблизительно на одном уровне.

Именно это обстоятельство и стало главной причиной сравнительно медленного изменения средних показателей распространенности и интенсивности основных культурно-бытовых занятий в городской рабочей среде в 20-е годы. Оно же сделало очевидным истинное социальное содержание внешне небольших количественных сдвигов в связанном с культурой досуге городских рабочих. К тому же и уровень материального достатка семей не позволял им тратить больше средств на удовлетворение своих культурных потребностей. Кроме того, в стране необходимо было создать благоприятные условия для развития литературы и искусства, которые отвечали бы запросам населения и удовлетворяли разнообразные и разносторонние духовные интересы людей. Однако в течение исследуемого периода структура свободного времени рабочих все же изменялась: с каждым годом увеличивалась часть свободного времени, посвященного самовоспитанию и культурному развитию. Если в 1922 г. работающие мужчины в среднем лишь 30 % своего свободного времени посвящали самовоспитанию, 35 % – развлечениям и столько же бездеятельному отдыху, то в 1926 г. уже больше половины (52 %) свободного времени у них уходило на самообразование и лишь остаток отдавался развлечениям (20 %) и бездеятельному покою (28 %). Такая же картина наблюдалась и у женщин.

Еще одной стороной внерабочей жизни было непосредственное человеческое общение в сфере досуга. Сюда относились такие привычные и распространенные занятия, как встречи и общение с друзьями, посещение парков, танцев, ресторанов, кафе и т.д. В большинстве этих занятий личные, человеческие контакты, личностное общение теснейшим образом были связаны с развлечениями и отдыхом, что часто сближало досуговое общение с досуговыми формами культурной жизни. Особенно близкими к досуговому общению были публичные зрелища и коллективные формы культурной самодеятельности, а также многие виды спорта и туризма. Подобная близость создавала возможность некоторой замены досугового общения разнообразными видами досуговой культуры. Само расширение места кино, театра, самодеятельности, спорта в повседневном времяпровождении приводило к сокращению длительности досугового общения в быту городских жителей. И все же досуговое общение в быту горожан в 20-е годы занимало в среднем 6 – 7 часов в неделю, поскольку оно представляло собой необходимый вид человеческой жизнедеятельности [1, С. 49]. Занятия, связанные с личностным общением опосредствованно, могли в той или иной мере потеснить досуговое общение в чистом виде, но они не могли и не должны были вытеснить его. Отдых и развлечения, главным содержанием которых были человеческие контакты, составляли одну из немногих действительно вечных форм непроизводственной жизнедеятельности.

Конечно, бытовая деятельность по своей природе должна была сохранять преимущественно личностный и семейный характер, при всех условиях оставаться значительно менее формальной, чем деятельность производственная. Досуговое общение, безусловно, не могло ограничиваться одними семейно-домашними формами, но сами по себе эти формы были очень необходимы. Однако в 20-е годы главным направлением развития, которое отвечало новому, коллективистскому, образу жизни, было усовершенствование общественных форм отдыха и развлечений и их преимущество над семейными и индивидуальными формами досуга. Поэтому общественные организации активно проявляли себя в сфере непроизводственной, усиливая свое влияние на повседневную жизнь, быт и досуг людей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, как показывают данные проведенных в 20-х годах исследований, значительная часть людей еще плохо использовала часы досуга для своего духовного развития [9, С. 116 - 117]. Часто мешали проводить досуг так, как хотелось и как надо, в основном три обстоятельства: недостаток свободного времени, значительные расходы времени на бытовые потребности и неумение организовывать свое время. Много женщин, например, свободные от работы часы вынуждены были отдавать домашнему хозяйству и присмотру за детьми. В силу острого дефицита свободного времени женщины меньше, чем мужчины, занимались самообразованием и спортом, меньше учились, ходили в кино и театр. Причиной неудовлетворительной организации досуга людей и структуры их свободного времени могло быть и недостаточное развитие материально-технической базы досуга – недостаток театров и клубов, стадионов, вечерних кафе.

Но беда была не только в том, что часть свободного от работы на производстве времени терялась из-за отсутствия необходимых условий или ограниченных возможностей, например, нерационально тратилась на дорогу к месту работы и назад, в домашнем хозяйстве. Эти потери в связи со слабой степенью организации быта и обслуживания населения были объективно неминуемы. Хуже было то, что многие горожане неразумно использовали свой реальный досуг, не умели найти достойное применение своему свободному времени. Проблема отдыха и досуга – это не просто проблема «заполнения» свободного времени. Это и проблема воспитания, которая часто мешала многим людям сделать свой досуг целеустремленным, умным, интересным и духовно богатым. Повышение культурного уровня должно было отразиться на всей повседневной жизни советских людей: и в организации досуга, и в культуре поведения, быта в целом. Однако за общей картиной роста культуры повседневной жизни порою скрывалось серьезное отставание культуры быта и поведения отдельных слоев и групп населения. Часть людей, как и раньше, грубо презирали самые простые правила и нормы поведения, недооценивали роль и значение хороших манер и внешних форм поведения. Однако внешние, видимые, формы поведения человека и его внутренний, духовный, мир были неразрывно связаны. Увеличивать длительность досуга необходимо было путем изменения структуры нерабочего времени, то есть за счет сокращения расходов времени на транспорт, домашнее хозяйство и присмотр за детьми. Решить это задание возможно было только путем создания всеобъемлющей, хорошо настроенной системы общественного обслуживания, расширения и укрепления материальной базы досуга.

Однако настоящий прогресс быта был связан не с любым ростом его организованности. Он предусматривал развитие специфических, в основном непрямых форм организации, которые бы оставляли человеку достаточную свободу выбора, позволяли каждому индивиду и каждой семье строить свою повседневную жизнь в соответствии с их особенностями и потребностями. При этом индивидуальные запросы людей при всем их разнообразии должны были выражать здоровые и разумные потребности всесторонне развитого человека, а их удовлетворение – способствовать дальнейшему усовершенствованию личности, становлению гармоничных отношений между личностью и обществом. С позиции же коммунистического идеала необходимо было усиление организованности в быту, и эта организованность часто ограничивала человеческую личность, становилась казарменной организацией, которая подавляла и отупляла человека.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Гордон Л.А. Черты социалистического образа жизни: быт городских рабочих вчера, сегодня, завтра / Гордон Л.А., Клопов Э.В., Оников Л.А. – М.: Знание, 1977. – 159 с.

  2. Евстратов А.М. Массовая культура советского общества (20 – 30-е годы). / А.М. Евстратов. – Кострома, 2001. – 456 с.

  3. Кабо Е.О. Очерки рабочего быта: Опыт монографического исследования домашнего рабочего быта / Кабо Е.О. – М.: Книгоиздательство ВЦСПС, 1928. – 290 с.

  4. Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города: Нормы и аномалии. 1920 – 1930 годы. / Лебина Н.Б. – СПб.: Журнал «Нева» - Издательско-торговый дом «Летний Сад», 1999. – 320 с.

  5. В. Михеев. Бюджет времени рабочих и служащих Москвы и московской области / В. Михеев. – М. – Л.: Государственное издательство экономической литературы, 1932. – 138 с.

  6. Патрушев В. Д. и др. Бюджет времени городского населения / [ред. Б.Т. Колпаков, В.Д. Патрушев]. – М.: Статистика, 1971. – 248 с.

  7. Струмилин С. Г. Бюджет времени русского рабочего и крестьянина в 1922 – 1923 году. Статистико-экономические очерки / Струмилин С. Г. – М. – Л.: Вопросы труда, 1924. – 156 с., диагр., прилож.

  8. Струмилин С.Г. Проблемы экономики труда. – [пересмотр. и доп. изд.] / Струмилин С.Г. – М.: Госполитиздат, 1957. – 735 с., диагр.

  9. Струмилин С.Г. Рабочий быт в цифрах: Статистико-экономические этюды / Струмилин С.Г. – М. – Л.: Плановое хозяйство, Госплан СССР, 1926. – 134 с., прилож.